Русское искусство


Благотворительный фонд имени П. М. Третьякова
О журнале | Новости | Проекты Фонда | Региональные проекты | Культурный туризм | Наш выбор | Купить журнал

Бумажный монумент

Бумажный монумент

Бумажный монумент

Немного было в старой Москве людей, которых звали по имени-отчеству. И почти все знали, кто таков Илья Семенович - купец-сумасброд, коллекционер, меценат, собственный дом в Трубниковском превративший в настоящий музей. В отличие от музеев более "правильных", раз и навсегда - по крайней мере надолго - вешавших картины по стенам, здесь экспозиция не раз менялась до неузнаваемости. Потому что хозяин дома был натурой увлекающейся, слегка разбрасывался, но благодаря отличному глазу ошибался крайне редко. Но метко, о чем речь впереди. Средства потомственного промышленника позволяли покупать и русскую живопись, и западную, а страсть к иконам пришла в тот момент, когда к дню ангела друзьями был поднесен образ Ильи-пророка. И началось! Ценнейшую коллекцию икон, увлекая за собой десятки московских любителей, он собрал за считаные годы, начиная с конца 1909-го, пользуясь советами ученого и коллекционера Николая Лихачева. Здесь были образцы византийской, новгородской, московской, ярославской, строгановской школ, а главное, чуть ли не первым он стал собирать древние доски не как моленные образа - этой страстной натуре оказалось под силу сделать икону предметом коллекционерского интереса.

Жаль, что приходящие сегодня в Третьяковскую галерею поклонники древнерусского искусства редко знают, что множество превосходных образов - по сути, серьезная база для изучения иконописи - попали в эти стены благодаря Остроухову. Человека этого не то чтобы совсем забыли, но в каком-то смысле за десятилетия он стал фигурой умолчания. Воздать ему должное, отмечая двойной юбилей знаменитого коллекционера, решил журнал "Русское искусство", посвятив свой 3-й номер в этом году теме: "Илья Остроухов. Художник, коллекционер, созидатель".

Пылкий и вдумчивый, самолюбивый и сомневающийся, порой полный апломба или на грани отчаяния - таким многогранным, буквально сотканным из противоречий, но при этом очень цельным человеком предстал Остроухов на страницах журнала, где по традиции добрая половина статей написана учеными и музейщиками - хранителями той самой Третьяковской галереи, с которой герой нашего журнала оказался связан теснейшими узами. От родственных - через жену, Надежду Боткину, дочь чайного короля, - до профессиональных. Ходить на службу купцу-интеллектуалу быстро надоело, и выпускник Московской практической академии коммерческих наук, гласный Московской городской думы пошел в ученики к художникам - Киселеву, Репину, Чистякову. Диплома так и не получил, но вошел и в Товарищество передвижных художественных выставок, и в Союз русских художников. Когда в 1906 году Остроухова избрали в действительные члены Императорской Академии художеств, это был уже авторитетнейший знаток живописи и известный художник. По сию пору в постоянной экспозиции Третьяковки можно видеть его картину "Сиверко" - одну из легенд русской школы пейзажа, за которую автора иные критики приравнивали к Левитану. Тогда же, к слову, стал он и действительным членом Императорского Московского археологического общества, благо принял участие в реставрации Смоленского собора Новодевичьего монастыря, а также Архангельского, Благовещенского и Успенского соборов Московского Кремля, храма Василия Блаженного, Троицкого собора Троице-Сергиевой лавры.

Проходя сегодня по Трубниковскому переулку, чудом уцелевшему кусочку "большого" Арбата, мимо дома 17, многое можно вспомнить при виде мемориальной таблички на желтом классическом особняке. Он и ныне остается музеем, правда, рассказывает о литературе ХХ века. Собрание остроуховское, большое и пестрое, давно в недрах других сокровищниц. Советская власть не закрыла музей совсем, а после национализации сделала его создателя и домовладельца "красным" директором. Только после смерти Остроухова в 1929-м его коллекцию перевезли в иные стены, из которых главные, самые ему дорогие - конечно, третьяковские. То была всю вторую половину жизни и гордость, и радость, и боль коллекционера. После смерти Павла Третьякова именно Остроухов, близкий его друг, фактически возглавил первую в стране галерею национального искусства. В 1898 - 1903 годах он член совета, в 1905 - 1913 годах - попечитель Третьяковской галереи. Ох и доставалось ему от других знатоков: ведь в России почти каждый знает, как и куда должно идти искусство. И когда Илья Семенович купил портрет томной поэтессы Мартыновой, написанный молодым Сомовым, другие члены Совета Третьяковки нещадно ругали его за "синюю бабу". Упрямый Остроухов продолжал стоять на своем, покупал и Рериха, и Серова, невзирая на критику коллег. А в 1913 году сломался и подал в отставку: до конца дней винил себя в недосмотре, что безумный Балашов с ножом накинулся на полотно Репина, где царь Иван Грозный убивает собственного сына. Совесть была у купца из старинного замоскворецкого рода даже по тем либеральным временам несовременная!

Можно вспомнить и о единственном серьезном, увы, судьбоносном "проколе" Остроухова-эксперта: не дай он опрометчивый совет Дмитрию Щукину, в России могла бы находиться хоть одна картина Яна Вермеера Делфтского. Но гордый своим острым глазом купец-художник, когда к нему обратился за советом едва верящий коллекционерскому счастью Щукин, беспощадно заявил: "Чепуха, дрянь! Такое и держать в коллекции зазорно!" И посоветовал поскорее избавиться от неудачной находки. Потом Щукин рассказывал об этом Эфросу так, как "говорят о нечаянном убийстве в семье", вспоминал мемуарист. Словно заколдованный, Щукин повиновался, картину отвез за границу и продал - ныне она находится в Гааге.

История сурова и великодушна. Сегодня Остроухова помнят не за ошибки, а за добрые дела. Даже не зная, что смотрят картины из его собрания, подолгу стоят перед ними в музейных залах. Однажды Третьяковка устроила выставку-оммаж, показав графику из остроуховского фонда. Однако в отсутствие каталога теперь уже толком и не вспомнишь весь состав той замечательной, но краткосрочной экспозиции. К счастью, в России еще не перевелись энтузиасты, готовые вкладывать деньги в культурные издания. Благотворительный фонд имени П.М.Третьякова издает журнал "Русское искусство", который приятно взять в руки хотя бы из-за отличной, весьма качественной полиграфии. А статьи о герое "персонального" номера - под стать каталогу солидной монографической выставки - позволяют словно увидеть воочию этого человека со всеми нюансами его непростого характера и ранимой художнической натуры. Журнал уже в продаже, но для особенно увлеченных темой приготовлен бонус - встреча с авторским коллективом, на которой о своем герое расскажут серьезные исследователи. Презентация номера состоится в книжном магазине "Библио-Глобус" (Мясницкая ул., 6/3, строение 1) 3 сентября в 18 часов.

Елена Титаренко

Газета "Культура" №31 (7694) 13-19 агуста 2009 г.


На главную страницу

Ключевые слова: %keywords%


Благотворительный фонд имени Павла Михайловича Третьякова
Журнал «Русское искусство»